Чжу Цзыцин "Отцовская спина"

В последний раз я видел отца больше двух лет назад, а его спина всё стоит перед моими глазами. Той зимой беды обступили нас со всех сторон: умерла бабушка, а отца рассчитали со службы. Я приехал в Сюйчжоу из Пекина, чтобы вместе с ним следовать на похороны. Мы встретились в Сюйчжоу; увидав разбросанные во дворе пожитки, я снова вспомнил бабушку и не смог сдержать слез. «Что же теперь поделать, не горюй, — утешал меня отец, — небо всегда держит одну дверь открытой, всё еще переменится к лучшему!».

Collapse )

Янь Гэлин "Тетушка Тацуру", Глава 3 (окончание) / 严歌苓《小姨多鹤》,第三章(2)

Начало главы

Когда Чжан Эрхай получил письмо с известием о том, что родители едут в Цзямусы, он был уже не Чжан Эрхай, а товарищ Чжан Цзянь, рабочий второго разряда. Это имя он вписал в бланк, когда пришел устраиваться на коксовальный завод. У стола с бланками взял в руки перо и, сам не зная почему, вдруг выбросил иероглиф лян «добрый» из своего школьного имени. За три года Чжан Цзянь быстро вырос от подмастерья до рабочего второго разряда. Рабочих Нового Китая с неполным средним, как у него, было немного, поэтому на группе по читке газет или на политучебе бригадир всегда говорил: «Чжан Цзянь, тебе первому слово!». Поначалу думал, что бригадир его, молчуна, только напрасно конфузит, заставляя первым выступать с речью. Но понемногу дело пошло, оказалось, нужно всего-навсего вызубрить пару десятков иероглифов и потом каждый раз за трибуной повторять, ничего не меняя.


Collapse )

Янь Гэлин "Тетушка Тацуру", Глава 3 (начало) / 严歌苓《小姨多鹤》,第三章(1)

Предыдущая глава

День и ночь на том самом пшеничном поле, что раскинулось между поселком и станцией, гремел бой. Сельчане и сами толком не знали, в чем дело, вроде, одна армия хотела железную дорогу захватить, а другая пыталась её взорвать. Поле стояло убранным, и соломенные стога были хорошим подспорьем в бою. Утром второго дня выстрелы стихли. Вскоре в поселке услышали паровозный гудок: значит, та армия, что сражалась за железную дорогу, победила.


Сяохуань день и ночь просидела в четырех стенах и совсем скисла, взяла миску кукурузной каши, подцепила палочками кусок соленой редьки и тихонько выбежала из дома. Стога стояли как обычно. Глядя на тихое широкое поле, Сяохуань ни за что не сказала бы, что здесь недавно бушевало сражение. Воробьи стайкой опустились на землю, поклевали пшеничные зерна, разбросанные по полю, и также стайкой взлетели в небо. Интересно, где были воробьи во время битвы. Поле казалось теперь непривычно огромным, и каждая фигурка вдали была будто подвешена между небом и землей. Кривая софора, и чучело, и покосившийся сарай из соломы превратились в точки, координаты на линии горизонта. Сяохуань слыхом не слыхивала ни о «координатах», ни о «линии горизонта», она замерла посреди осени 1948 года, погрузившись в какое-то благоговейное оцепенение.
Collapse )

Янь Гэлин "Тетушка Тацуру", Глава 2 (окончание) / 严歌苓《小姨多鹤》,第二章(3)

Предыдущая часть

Робкие руки Дохэ легли на спину Эрхая, ощупали горячий пот, который выступил на его коже. Хуже детских ее рук ничего не было, иногда за столом он натыкался на них глазами и вдруг вспоминал эти ночные секунды. Руки Дохэ то и дело отправлялись в робкую разведку, щупали его спину, плечи, крестец, однажды она тронула рукой его лоб. Бедняга, так хочет стать ему ближе. Дохэ смеялась только с начальником Чжаном, со старухой и с Ятоу. Хохотала она даже беззаботнее, чем Сяохуань: сидя на полу, так и заходилась от смеха — руками-ногами колотит, волосы взъерошены. По правде, и старуху, и начальника Чжана тоже заражал ее смех, хотя они и не могли взять в толк, что ее так развеселило. А она не умела объяснить. Глядя, как она хохочет, Эрхай думал: разве может девочка, которая потеряла всю семью, осталась совсем одна, вот так смеяться? Как погибли ее родные? Эрхай вздыхал про себя: наверное, никогда уже не узнать.


Руки Дохэ нежно похлопали его по спине, будто дочку баюкает. Вдруг он услышал:

— Эрхай.
Collapse )

Янь Гэлин "Тетушка Тацуру", Глава 2 (продолжение) / 严歌苓《小姨多鹤》,第二章(2)

Начало второй главы

Сяохуань впервые как следует познакомилась с ребенком только на Праздник начала лета*.


Она едва проснулась, а Эрхай уже тут как тут, с девочкой на руках. Сказал, что взял дочку понянчить, пока Дохэ занята на кухне, решила угостить всех японскими колобками из фасоли.

Увидав, как он стоит, Сяохуань заворчала:

— У тебя что, тыква в руках? Кто так детей держит?

Collapse )

Янь Гэлин "Тетушка Тацуру", Глава 2 (начало) / 严歌苓《小姨多鹤》,第二章(1)

Предыдущая глава

Как-то апрельским утром япошка сбежала. Сяохуань встала пойти до ветру и заметила, что засов на воротах открыт. Едва рассвело, и кому приспичило идти со двора в такую рань? — гадала Сяохуань. Выпавший за ночь снег прикрыл землю тонким сизым слоем; она увидела цепочку следов в снегу — начинается у восточного флигеля, заворачивает на кухню и тянется за ворота. Япошка с родителями Эрхая жила в северной комнате.


Сяохуань вернулась к себе, растолкала мужа:

— Волчицу-то японскую откормили. Она и убежала.

Collapse )

Янь Гэлин "Тетушка Тацуру", Глава 1 (окончание) / 严歌苓《小姨多鹤》,第一章(2)

Начало первой главы

Когда Эрхай вернулся из лавки, мать с отцом прильнули к двери в главную комнату и глядели в щелочку. Старик Чжан услышал скрип шагов по снегу, повернулся к сыну и махнул ему, чтоб подошел. Мать тут же уступила Эрхаю место. Сквозь щель в двери он увидел, что крошечная япошка теперь стоит, боком к ним, глядится в зеркальце на стене. Стоя она была уже не похожа на карлиц, которые рожают карликов-вако, она была ростом почти как девушки в их поселке. Эрхай отошел от двери; старуху так и распирало от счастья, радовалась выгодной покупке.

— Смотри, где же она калека? — шептала мать, — Просто в мешке скрючилась.
Начальник Чжан тоже зашептал:

— Если кто спросит — скажем, что купили ее еду стряпать.

Collapse )

Янь Гэлин "Тетушка Тацуру", Глава 1 (начало) / 严歌苓《小姨多鹤》,第一章(1)

Пролог

На помосте лежало с десяток холщовых мешков, по очертаниям даже не скажешь, люди в них, или звери. Зазывалы кричали, что торговля идет на вес, по цзяо* за полкило японского бабья, дешевле свинины. Мешки взвесили заранее, в самом тяжелом оказалось не больше семидесяти цзиней*. Охранные войска уезда прислали отделение солдат в черной форме следить за порядком и глядеть, чтоб торговля шла честно. На площадке у начальной школы с раннего утра толпились крестьяне. Холостяки только слюнки глотали — денег на покупку у них не было. За семьдесят цзиней японского бабья придется выложить семь серебряных даянов*, а у кого было столько серебра, тот мог и за китаянку посвататься, зачем ему вдруг тащить в дом японскую гадину?

Рано утром выпал первый снег, но дороги в поселке Аньпин уже были истоптаны дочерна. И народ всё шел и шел; парни сбивались в кучки, прячась друг у друга за спинами, развязно выкрикивали Охранным: "А ну как куплю, и мне не понравится — обменяешь?". Ответ был один: "Не меняем!" — "Да как же быть, уйму серебра отдам, а товар окажется неподходящий!". Из толпы кричали: "Какой-такой неподходящий? Погаси лампу, и разницы  не заметишь!", или: "Да это ж как носки из собачьей шерсти — все одинаковые!". Народ хохотал.

Collapse )

Янь Гэлин "Тетушка Тацуру", Пролог (часть 2) / 严歌苓《小姨多鹤》,序言

Продолжение, начало тут.

Женские гэта засеменили по дороге — так начался путь в пятьсот с лишним километров длиной. Женщина по имени Амон была на восьмом месяце беременности, из головы колонны она бежала в хвост, а потом снова к голове, приставая к каждому с расспросами: не видел ли кто ее мужа с сыном, мужа зовут Кирисита Таро. У людей не было сил, чтоб отвечать ей, и они молча качали головами. Тацуру с мешком онигири за спиной кое-как ковыляла вслед за матерью. У матери на спине сидела четырехлетняя сестренка, а за руку она вела восьмилетнего братика. Тацуру шла и радовалась своей сегодняшней победе, всё-таки она прибежала вперед старосты. Она ни на секунду не задумалась, почему на похороны жителей Сакито у пяти мужчин ушло так много времени. И уже начисто забыла о тех выстрелах, что слышала с утра у железной дороги.

обло

Стреляли китайские партизаны, вооруженные ополченцы. Сложно сказать, что они были за люди: брались и за добрые дела, и за злые: участвовали в сопротивлении японцам, истребляли бандитов, сражались с коммунистами — смотря кто стоял на их пути, и над кем они могли взять верх. Партизаны шли в Сакито попытать счастья: найдут несправедливость — наведут порядок, найдут врага — отомстят, найдут что плохо лежит — поживятся. Но у входа в деревню им попались пятеро японцев, и ополченцы выстрелили, подарив старостам желанную смерть раньше времени.
Collapse )

Янь Гэлин "Тетушка Тацуру", Пролог (часть 1) / 严歌苓《小姨多鹤》,序言

Начала переводить роман Янь Гэлин "Тетушка Тацуру". Книга про «чужую среди своих», она о жизни японской девушки в китайской семье на фоне столь любимой китайскими писателями "эпохи перемен" —  40-х – 80-х годов XX века. По этому роману снят популярный в Китае одноименный сериал. Янь Гэлин вообще очень «киношная» писательница, например, ее книги дважды экранизировал великий Чжан Имоу («Цветы войны» и «Возвращение домой»).

обложка

Сигнальные огни пылали сразу в нескольких местах. На горных склонах, с трех сторон окруживших деревню, по очереди поднимался их дым. Пока желтый горизонт наливался красным, а потом бордовым, столбы дыма темнели, а огни под ними разгорались, всё ярче и ярче. Небо совсем почернело, и оттуда, где полыхали огни, доносились свирепые крики: "О! О! О!".
Collapse )